Давай!

«Месяц в деревне» Ивана Тургенева в Йозефштадт-театре. Без матрешек, березок и самоваров не обошлось.

Тургенева не жалко, решила я, направляясь в Йозефштадт на премьеру «Месяца в деревне» (Ein Monat auf dem Lande ). Обычно я скептически отношусь к зарубежной интерпретации русской классики. «Иностранные» Анны Каренины, Татьяны Ларины и Пьеры Безуховы редко бывают похожи на свои литературные прототипы. Поскольку мое отношение к Ивану Сергеевичу не такое нежное, как к Антону Павловичу или Льву Николаевичу, я была готова равнодушно перенести неизбежное искажение смысла. Но никакого искажения не было! Спектакль оказался не только значительно лучше моих ожиданий, но и гораздо глубже и интереснее своей литературной основы.

Режиссер спектакля Стефани Мор (Stephanie Mohr) выбросила ненужных персонажей и сократила вязкие тургеневские диалоги – из пяти действий сделала два. Она вытащила на поверхность смысл, который в русском оригинале терялся за обилием слов, и позаимствовала у героев Достоевского недостающий «надрыв». В результате вялые и безжизненные персонажи Тургенева заиграли абсолютно по-новому.

Сюжет пьесы достаточно прост: муж (русский помещик Ислаев) любит жену, жена (Наталья) любит молодого учителя своего сына, друг семьи Ракитин влюблен в Наталью, любовь никому не приносит счастья, а, напротив, разрушает уютный мирок, в котором живут герои.

В спектакле очень хорошо передана ленивая атмосфера русской деревни, любви от скуки и ощущение расползающейся под руками, как старая тряпка, жизни. Прекрасное сценическое оформление Мириам Буш (Miriam Busch): двухуровневая сцена и парящая в воздухе мебель делают действие более объемным и открывают пространство, в отличие от закрытых и плоских классических постановок с их первым и вторым планами. Прекрасные костюмы Альфреда Майерхофера (Alfred Mayerhofer) – современные и вместе с тем вневременные. Каждому персонажу соответствует своя цветовая гамма. На общем серо-зеленом фоне особенно бросаются в глаза ярко-алые туфли, ярко-алый пояс и ярко-алая помада Натальи. С ними контрастируют мягкие сине-зеленые цвета ракитинских рубашек.

Типично тургеневский дуэт – сильная женщина и слабый мужчина – замечательно сыгран Марией Кестлингер (Maria Köstlinger) и Андрэ Полем (André Pohl). Единственное, что неприятно резануло глаз, так это присутствие на сцене непременного русского китча – матрешек, березок и самоваров. В общем, пятерка с минусом.